Израиль и РФ – по одну сторону баррикад – Либерман
Состоялась пресс-конференция вице-премьера, министра по стратегическим вопросам в правительстве Израиля Авигдора Либермана.
ЛИБЕРМАН: Цель моего визита определяется самим названием моей должности. Мы пытаемся спланировать будущее нашего региона. Оно достаточно неоднозначно. События в нашем регионе имеют колоссальное значение не только для нашей страны, но и для всего мира. И, прежде всего, это, конечно, продолжение санкций против Ирана. Как известно, Иран не выполнил никаких из принятых Советом Безопасности требований. Первая волна санкций. Начинается консультация, прежде всего внутри "шестерки". Потом это, безусловно, перейдет в Совет Безопасности. Нам очень важно понять, какую позицию займет Россия в создавшейся ситуации. По оценкам МАГАТЭ, Иран не только не выполнил никаких резолюций, но и ускорил все процессы, связанные с обогащением урана, развитием неконвенциональных [т.е. связанных с оружием массового уничтожения. - ИРП] технологий .
Второй вопрос, который нас волнует, – это судьба наших пленных. Думаю, что у России есть хорошие контакты на Ближнем Востоке. Очень надеемся на позитивное вмешательство РФ в этот вопрос чисто в гуманитарном плане.
Еще один вопрос, сильно беспокоящий нас, – это поставки российского оружия в Сирию и контрабанда этого оружия на юг Ливана. "Хезболлах" говорит об этом открытым текстом. В пятничном заявлении шейх Насралла буквально с трибуны хвастался тем, что "Хезболлах" занимается успешной контрабандой оружия на юг страны на границу с Израилем.
Это основные вопросы, помимо общей оценки происходящего в регионе.
То, что происходит, – это, с одной стороны, создание нового правительства ХАМАС. Безусловно, речь не идет о новом правительстве национального единства. Требования, которые сформулировал "квартет" по отношению к Палестинской автономии о том, что любое правительство, которое будет создано, должно признать за Израилем право на существование, уважать все подписанные ранее соглашения и отказаться от террора, – ни одно из этих требований новое правительство или соглашение в Мекке не приняло. Поэтому любое признание нового правительства – это, с нашей точки зрения, поощрение террора, "слабинка" со стороны свободного мира, и я надеюсь, что не будет снята ни блокада, ни новое правительство не получит признание "квартета".
Из других вопросов, волнующих нас, – это все, что будет в нашем регионе в перспективе ближайших двух-трех лет. Ирак – безусловно, ключевая тема. Нам бы очень не хотелось видеть, что если США эвакуируют свою армию из Ирака, образуется новое шиитское пространство. И самое неприятное, что происходит, – это то, что прецедент Ирана может оказаться очень болезненным для всех, поскольку, если не остановить Иран сегодня, все это ввергнет Ближний Восток в бешеную гонку вооружений, гонку неконвенционального оружия [оружия массового уничтожения. - ИРП]. И тогда ситуация выйдет из-под контроля.
Это тот круг вопросов, который я затрагивал на переговорах с российской стороной, озвучил нашу позицию. Обмен мнениями был очень полезным, очень результативным. Не вдаваясь в подробности, хочу отметить, что я уезжаю отсюда с более оптимистичным настроем, чем приехал. То есть, я думаю, что Россия правильно оценивает ситуацию. При этом у нас, безусловно, есть очень много разногласий, разночтений. У нас разный подход ко многим вещам, разная тактика.
ВОПРОС: Как по-вашему дальше будет развиваться ситуация с иранским ядерным досье? Как Вы оцениваете усилия России по урегулированию этого вопроса?
ЛИБЕРМАН: Прежде всего, мне ясно, что не избежать принятия новых санкций. Надеюсь, что принятые санкции будут достаточно эффективными. На вопрос о санкциях всегда задают встречный вопрос: верите ли вы в то, что санкции могут принести ощутимый результат? Думаю, что да. Пример Северной Кореи, Ливии говорит о том, что санкции могут иметь положительный результат. Последний пример с Северной Кореей очень поучителен. Думаю, что в отношении Ирана вопрос еще более легко разрешимый, поскольку главное отличие Северной Кореи от Ирана в том, что в Иране имеется большая прослойка бизнесменов, которые очень заинтересованы и в связях с внешним миром, и во внешнебанковской системе, и в развитии торговых отношений. Поэтому с точки зрения тех санкций, которые должны быть приняты, ясно, что они должны быть направлены, прежде всего, против тех пятидесяти – шестидесяти кланов, которые сконцентрировали в своих руках основную долю иранской экономики.
Я не думаю, что имеет смысл доставлять какие-то неудобства азербайджанцам, которые проживают на севере Ирана, и курдам, которые проживают на юге. Они ни в чем неповинны, ни в чем не замешаны. И, тем не менее, та бизнес-комьюнити [бизнес-сообщество. - ИРП], которая сегодня практически контролирует экономическую ситуацию в Иране, – это та самая эффективная точеная политика санкций, которая может дать ощутимый результат, и очень быстро. Именно на них нужно сосредоточится. Поэтому, если будут приняты такие решения, я думаю, что эти результаты мы сможем ощутить немедленно.
ВОПРОС: Вы сказали, что любая поддержка ХАМАС – это поддержка террора. Как Вы смотрите на то, что одновременно с вами в Москве находится лидер движения? И он вроде бы даже собирался принимать участие в митинге в центре Москвы. Как Вы это расцениваете?
ЛИБЕРМАН: Это доставляет нам, мягко говоря, мало удовольствия. Мы считаем, что террор – есть террор, и нельзя делить его на свой, чужой, на хороший и плохой. ХАМАС является террористической организацией, которая занесена в списки террористических организаций во многих странах. Помимо Израиля, в Европе, США, ХАМАС ни разу не заявил о том, что отказывается от террора, что осуждает насилие. Боевики ХАМАС каждый день замешаны в различных терактах, и поэтому позиция по отношению к террору должна быть идентична ко всем. В этом плане Израиль много лет [назад] принял одну принципиальную позицию, никогда ее не менял, даже не ожидая взаимности.
Всегда привожу пример нашего отношения к террору. Когда Россия несколько лет назад предприняла широкомасштабную операцию в Чечне, все парламенты Запада осудили ее действия. Единственный парламент, который поддержал действия РФ – это израильский парламент. И мы считаем, что тут нет места двойным стандартам, никаким играм. Террор бьет по стабильности во всем мире и угрожает сложившемуся порядку. Поэтому любая слабинка используется террористами для того, чтобы еще раз усилить свои позиции, развиваться. Террор использует любые трещины и разногласия в свободном мире, между ООН и Европой, Америкой и Россией и, к сожалению, таких трещин хватает. Надеюсь, что будет выработана единая позиция по всему миру и отношения будут однозначные ко всем.
ВОПРОС: Господин Лавров на встрече с господином Машаалем говорил, что Россия может помочь в снятии блокады на палестинских территориях. Что Вы думаете по этому поводу?
ЛИБЕРМАН: Я могу только сожалеть об этом. Мы считаем, что эта позиция ошибочная. ХАМАС является очень негативным фактором на Ближнем Востоке. Успех ХАМАС подает надежды и другим экстремистам, мусульманским братьям во всех остальных арабских государствах [имеется в виду международная террористическая организация "Братья-мусульмане". - ИРП]. И нужно понять, что именно снятие экономической блокады может служить неким стимулом для усиления ХАМАС.
Нужно понять, что проблема не в самом ХАМАС. Сама наша концепция говорит о том, что подход, когда все талдычат, что израильско-палестинский конфликт является сердцем ближневосточной проблемы, – абсолютно неправильный. Это либо люди заблуждаются, либо сознательно вводят в заблуждение мировое сообщество. 95 процентов всех войн и жертв на Ближнем Востоке не имеют никакого отношения к израильско-палестинскому конфликту.
И здесь в итоге мне четко понятно, что Россия понимает, что Израиль и РФ находятся по одну сторону баррикад. И у нас действительно есть разные подходы, традиции. Мы традиционно ориентированы на США. Россия еще со времен Советского Союза ориентирована на арабский мир. У каждого есть свои интересы. Есть разная тактика. Но в конечном итоге мы находимся по одну сторону баррикад. У нас общие интересы. И конечная цель одна – мы все хотим стабильности и мирного решения проблем. И весь этот конфликт, который пытаются перевести из области национального в область религиозного, в область террора, вооруженных столкновений, никто в этом не заинтересован. Мир нуждается в стабильности и порядке.
ВОПРОС: С кем Вы здесь встречались?
ЛИБЕРМАН : Я встречался с Сергеем Приходько, с Игорем Ивановым и с Сергеем Кириенко. Это были три основных партнера по переговорам.
ВОПРОС: Можно ли считать Ваш визит в Россию официальным? И какой ориентировочно период времени Вы находитесь в России?
ЛИБЕРМАН: Я приехал в Россию вчера утром. Уезжаю сегодня вечером. Встречи были официальными.
На переговорах я представил только свою точку зрения. Россияне высказали свою. Обмен мнениями был очень интересным. Повторюсь, что мой настрой куда более положительный, чем тогда, когда я только приехал.
С большой удовлетворенностью я должен отметить, что Россия в плане всех пактов договоренности о нераспространении ядерного оружия придерживается очень жестких позиций. Это, наверное, единственное поле, на котором нет никаких расхождений между Россией и США. Надеюсь, что там будут достигнуты все договоренности. Все договоры должны быть продлены в ближайшее время, иначе эта безумная гонка неконвенционального оружия просто приведет к ситуации, когда будет утерян контроль над происходящим. Это самое страшное.
Вообще нужно понимать, что мир очень изменился. Сегодня невозможно подходить к оценке событий, как мы это делали раньше. Появилось очень много игроков, которые сложно назвать государством. Это некие семьи-государства. Очень трудно назвать Ирак, Палестинскую автономию, Ливан государствами, или даже Сомали, Судан. С другой стороны, появилось очень много игроков – не государств.
ВОПРОС: Как в Израиле относятся к ветеранам Великой Отечественной войны, чтят ли их память?
ЛИБЕРМАН: В Израиле все, что связано с памятью о Второй Мировой войне, с Катастрофой [европейского еврейства. - ИРП], с войной против фашизма, – это одна из немногих святых тем, по которым нет разногласий и споров. Мы свято чтим память всех, кто участвовал во Второй Мировой войне. В Израиле, как и в России, 9 мая широко празднуется День Победы. Есть общество ветеранов Второй Мировой войны. Во время последнего визита президента России в Израиль он встречался с ветеранами Второй Мировой войны, с ветеранами Красной Армии. В Израиле находятся, наверное, десятки Героев бывшего Советского Союза, которые воевали в рядах Красной Армии. Связи между ветеранами, проживающими в Израиле и в России, очень тесные. В Израиле был принят целый ряд социальных законов в пользу ветеранов Второй Мировой войны.
ВОПРОС: Каково Ваше мнение о плане эстонских властей снести памятник Советскому воину в Таллине?
ЛИБЕРМАН: С одной стороны, мы не вправе вмешиваться во внутренние дела другого государства. Я слышал заявление президента Эстонии, и оно было однозначным. Мы опять-таки считаем, что никакие политические споры, никакие разногласия между государствами не должны привносить в центр этих споров историю Второй Мировой войны, отношение к нацизму и тем, кто воевал против нацистов.
ВОПРОС: В понедельник поступили достаточно противоречивые сведения о проведении Ираном пуска некой космической ракеты. США уже поставили под сомнение сам факт этого пуска. А что знают в Израиле об этих испытаниях?
ЛИБЕРМАН: Иран просто ведет психологическую войну. И я думаю, что у президента Ирана богатое воображение, но явно не для политика. Я думаю, он более интересный объект для психиатра. Поэтому любые заявления такого плана со стороны Ирана нужно воспринимать с нужными поправками, с правильным пониманием объективности всего, о чем они заявляют.
ВОПРОС: Ваш визит совпал с визитом господина Машааля в Россию. Является ли это совпадением или это ответный шаг?
ЛИБЕРМАН: Это, безусловно, является чистой случайностью. Мой визит был связан, прежде всего, с тем, что началось обсуждение окончания первого этапа санкций против Ирана. И сейчас обсуждается второй этап этих санкций. И нам очень важно понять позиция России по этому вопросу, и, конечно, я надеюсь, что и "шестерка", и Совбез в ближайшее время примут соответствующие решения.
ВОПРОС: На чем основан Ваш оптимизм в конце визита в Россию?
ЛИБЕРМАН: На понимании того, что Россия является рациональным государством, которое, как и мы, стремится к стабильности, к решению любых споров мирными средствами.
См. также:
«Единственный парламент на Западе, который поддержал действия Россия в Чечне, это был израильский кнессет»Министр стратегического планирования Израиля Авигдор Либерман: «Я не помню такого откровенного обмена мнениями... Мы не будем прекращать диалог с Москвой»* * *
Сергей Караганов: Холодной войны не будет. Будет холодный мир (а также терроризм, потеря управляемости в отдельных регионах, вопиющие вакуумы безопасности на Ближнем Востоке)Директор национальной разведки США: Путин прислушивается к советам консервативного окруженияОдной «холодной войны» было вполне достаточно. Статья Сергея Лаврова в «The Washington Post»
«TIME»: Представители США и России стремятся ослабить напряжение. «Мы сотрудничаем с русскими по множеству направлений: Северная Корея, Иран, предотвращение ядерного терроризма»
«The New York Times»: США пытаются снять озабоченность России по поводу плана ПРО. Угроза – в иранских ракетах, а поле для сотрудничества – борьба с терроризмом
Заместитель госсекретаря США: Речь президента РФ в Мюнхене «крайне неразумна». Но Россия остается одним из «ближайших партнеров» США
«Концентрация США на Ираке привела к провалу в отношениях с Россией»
Давний критик политики Путина Том Лантос признал, что Россию и США связывают общие заботы
Сергей Лавров: «Реагировать будем без истерики». Глава МИДа России – об устремлениях США и ближневосточном урегулировании
Связана ли речь Путина в Мюнхене с его визитом на Ближний Восток? Комментарий Михаила Маргелова
За нашу и вашу свободу – против радикального ислама. Американский сенатор Джо Либерман ответил Владимиру Путину
«Сначала было слово». Рассказ Владимира Путина о поездке на Ближний Восток, отношениях с Западом, «газовой ОПЕК», мирной конференции, ВТС и святых местах
Битва за глобальные ценности. Концептуальная статья Тони Блэра
«Выбор наш, и нам решать». Леонид Радзиховский о мюнхенской речи В.Путина
В избранное
Сделать стартовой